Теория перевода: что теряется и что находится

Невозможность перевода

Вальтер Беньямин («Задача переводчика», 1923) поставил вопрос радикально: цель перевода — не передать смысл оригинала (это невозможно), а открыть «чистый язык» — то, что стремится выразить каждый язык, не умея этого полностью. Перевод — не замена оригинала, а его послежизнь (Nachleben).

Это звучит мистически — но указывает на реальную проблему. Каждый язык имеет концепты, непереводимые напрямую. «Schadenfreude» (нем.) — удовольствие от чужого несчастья. «Saudade» (порт.) — меланхолическая тоска по чему-то любимому и утраченному. «Toska» (рус.) — Набоков: «никакой другой язык не имеет для этого слова, ни одно словосочетание не передаст оттенков». Японское «木漏れ日» (komorebi) — свет, проходящий сквозь листья деревьев.

Барбара Кассен проект «Европейский словарь философий» — словарь непереводимых философских концептов. Непереводимость — не недостаток, а богатство: разные языки видят разные аспекты реальности.

Эквивалентность и стратегии перевода

Евгений Найда — «динамическая эквивалентность»: перевод должен производить на читателя такой же эффект, как оригинал — на своего читателя, пусть и другими средствами. «Формальная эквивалентность» (слово-в-слово) vs. «динамическая» (эффект-на-эффект).

Перевод Библии — хрестоматийный пример. «Хлеб наш насущный» (panem nostrum quotidianum) — дословно, но малопонятно. «Пищу, необходимую нам на каждый день» — понятнее, но менее торжественно. Переводчик всегда выбирает.

Хайдеггер практически непереводим: его немецкий использует этимологические ресурсы немецкого языка, которые в других языках отсутствуют. «Dasein» — буквально «здесь-бытие». Ни «существование», ни «being-there» не передают этой семантики.

Вопрос для размышления: Вспомните переговоры с иностранными партнёрами или партнёрами из другой корпоративной культуры. Что «потерялось при переводе» — не в лингвистическом, а в концептуальном смысле?