Стресс-тестирование и сценарный анализ

Стресс-тестирование и сценарный анализ

После кризиса 2008 года регуляторные стресс-тесты стали обязательным инструментом банковского риск-менеджмента. Они дополняют статистические модели (VaR, CVaR) анализом конкретных кризисных сценариев, отвечающих на вопрос «что произойдёт при X?». Стресс-тесты позволяют выявить уязвимости, не видимые в нормальных условиях: концентрации рисков, корреляционные риски при стрессе, ликвидностные дыры. DFAST/CCAR (США), EBA ST (Европа), ICAAP (внутренние) — основные виды. Регулярное прохождение этих тестов критично для крупных банков и страховых компаний.

Виды стресс-тестов

1. Исторические сценарии. Воспроизведение реальных кризисов:

• Великая депрессия 1929-1933.
• Чёрный понедельник 19 октября 1987 (S&P −20.5% за день).
• Азиатский кризис 1997-1998 (девальвация валют, дефолт LTCM).
• 9/11 2001 (закрытие рынков, падение авиации, страхования).
• Lehman Brothers 15 сентября 2008 (паралич межбанковского рынка).
• COVID 2020 (S&P −34% за месяц, нулевые ставки, выкупы Fed).
• Banking crisis 2023 (SVB, Signature, Credit Suisse, First Republic).

Преимущества: реалистичные, учитывают реальные корреляции. Недостаток: «backwards-looking», следующий кризис может быть иным.

2. Гипотетические сценарии. Моделирование несостоявшихся, но правдоподобных событий:

• «Что если ставки вырастут на 400 б.п. за квартал?»
• «Что если доллар упадёт на 30%?»
• «Что если Китай devalue юань на 20%?»
• «Что если дефолт крупнейшего корпоративного контрагента?»

IMF, BIS публикуют рекомендации по сценариям.

3. Факторные стресс-тесты. Сдвиги отдельных рисковых факторов:

• Параллельный сдвиг кривой ставок (+100, +200 б.п.).
• Twist (короткий конец вверх, длинный вниз).
• Шок волатильности (+50%).
• Расширение спредов (+200 б.п. для investment grade, +500 б.п. для high yield).

Полная переоценка портфеля. Корреляции при стрессе часто выше нормальных — «всё падает вместе» (correlation breakdown).

4. Риск-сценарии для конкретных бизнесов:

• Страховщики: природные катастрофы 1-в-200-лет (Solvency II).
• Банки: дефолт сектора недвижимости.
• Пенсионные фонды: longevity shock + ставка снижается.

Регуляторные стресс-тесты

DFAST (Dodd-Frank Act Stress Test). Для US банков > $100 млрд активов. ФРС задаёт три сценария:

• Baseline: базовый прогноз экономики.
• Adverse: умеренная рецессия.
• Severely Adverse: глубокий кризис.

Банки проецируют P&L, RWA, капитал на 9 кварталов. Публикация результатов влияет на разрешение дивидендов и buybacks.

Severely Adverse сценарий 2024 (ФРС):

• Реальный ВВП США −7.6% (через 6 кварталов).
• Безработица 10% (с текущих 3.7%).
• S&P 500 −55%, цены недвижимости −36%.
• Инверсия кривой, спреды +500 б.п.
• ВВП Еврозоны −5.5%, Японии −5.0%.

CCAR (Comprehensive Capital Analysis and Review). DFAST + анализ планов капитала (дивиденды, выкупы).

EBA ST (Европа). Раз в 2 года, 70 крупнейших банков ЕС. 2023: средний CET1 снизился с 15.0% до 10.4% в severely adverse. Ни один банк не провалился (vs. 2014, когда 24 банка не прошли).

ECB SSM (Single Supervisory Mechanism). Дополнительные надзорные стресс-тесты для G-SIBs ЕС.

Bank of England ACS (Annual Cyclical Scenario). Для UK банков.

Обратные стресс-тесты (Reverse Stress Tests)

Идея. Вместо «что произойдёт при сценарии X?» — «какой сценарий привёл бы к краху?». Ищем комбинацию факторов, при которой капитал ≤ 0 (или минимальная ликвидность исчерпана).

Применение.

• Банк A: обратный стресс-тест показывает, что капитал обнуляется при: ставки +5% И падение недвижимости 40% И NPL 15%. Если эти события не независимы (что вероятно) — нужно изучить корреляции.
• Страховщик B: «уход» пандемии + цены акций −60% + ставки 0% — комбинированный сценарий, потеря 80% капитала.

Reverse stress tests обязательны под Pillar 2 (Basel) и Solvency II.

Численный пример: портфель акций+облигаций

Портфель €100 млн: 60% S&P 500 ($60 млн), 40% US Treasury 10Y ($40 млн).

Сценарии:

Stagflation — наихудший: одновременное падение акций и облигаций (как в 2022 г., редкий тип кризиса с инфляцией).

Хедж: добавим VIX call options. Notional $5 млн, payoff в Lehman ≈ +200% = +$10 млн. Снижает потери Lehman с 23 до 13. Стоимость хеджа ≈ $0.5 млн/год — приемлемая страховка.

Альтернатива: put options на S&P. Strike 90% (стоимость ~3%/год), payoff в Lehman = −max(90%·100 − 63, 0)·notional. На $60 млн notional payoff $16 млн. Стоимость $1.8 млн/год.

Liquidity Stress Tests

Отдельный класс: моделирование оттока депозитов и потери funding в стрессе.

LCR-стресс: 30 дней оттока:

• Розничные депозиты: 5–10%.
• Корпоративные: 25–40%.
• Wholesale unsecured: 100%.
• Drawdowns по кредитным линиям: 5–10% retail, 30% wholesale.

Банк должен иметь HQLA (cash, level 1 securities) ≥ суммарный отток.

SVB 2023. За 2 дня вышло $42 млрд из $173 млрд депозитов (24%). LCR не помог (он только на 30 дней). Урок: социальные сети ускоряют bank runs до часов.

Реальные применения

• Crisis 2008. Citigroup TARP $45 млрд после провала первоначального стресс-теста. AIG $182 млрд bail-out — тест не учёл concentration в CDS.
• EBA 2023. Все 70 банков прошли (минимум CET1 8.5%), но Bank of Cyprus и Banca Monte dei Paschi на грани. Системно важные (BNP, Santander) — комфортный буфер.
• Solvency II ORSA (Own Risk and Solvency Assessment). Каждая страховая компания обязана раз в год проводить внутренние стресс-тесты с собственными сценариями.
• Cyber stress tests. Растущая практика: моделирование одновременной cyber-атаки на банк и его контрагентов. NIST 2.0, ENISA guidelines.

Задание. Портфель €100 млн: 60% акций S&P 500, 40% облигаций UST 10Y (модифицированная дюрация 8). (а) Для исторических сценариев (Lehman 2008: S&P −37%, UST yield +50bp; COVID 2020: S&P −34%, UST yield −80bp) вычислите потери портфеля. (б) Для гипотетического стагфляционного сценария (S&P −40%, UST yield +200bp): чему равны потери? (в) Какой хедж (например, VIX calls или S&P puts) снизил бы максимальные потери до €20 млн? Оцените стоимость хеджа. (г) Reverse stress test: при какой комбинации (ΔS&P, Δyield) портфель потеряет 50%?