Добродетель

Конфуцианство

Добродетель сосредоточена на жэнь — человеколюбии, — взращиваемом через ритуальную благопристойность (ли), учёбу и сыновнюю почтительность. Благородный муж (цзюнь-цзы) становится добрым не соблюдением правил, а долгим упражнением, пока верное поведение не станет второй природой. «Разве человеколюбие далеко? Я хочу его — и вот оно рядом». Характер формируется подражанием образцам и преображающей силой собственной добродетели правителя.

«Лунь юй» («Беседы и суждения»).

Древнегреческая

Добродетель есть некое знание, поэтому никто не творит зла добровольно — злодеяние есть неведение блага. Поскольку знать благо значит его исполнять, добродетели в конечном счёте едины и объединены в мудрости, а порок есть недостаток понимания, а не воли. Этот интеллектуализм делает исследованную жизнь условием добра.

«Протагор» и «Менон» Платона («Можно ли научить добродетели?»).

Древнегреческая (Академия)

Добродетель — это здоровье и гармония души, три части которой — разум, ярость и вожделение — должны исполнять каждая своё дело под властью разума. Четыре кардинальные добродетели — мудрость, мужество, умеренность и связующая их справедливость. Подлинная добродетель зависит от знания идеи Блага, поэтому лишь философ, узревший её, способен быть добродетельным и править.

«Государство», книги IV и VII.

Древнегреческая (перипатетизм)

Нравственная добродетель — устойчивое расположение верно чувствовать и поступать, лежащее в середине между избытком и недостатком применительно к нам: мужество — между трусостью и безрассудством. Она приобретается привыканием, а не научением, и направляется практической мудростью (фронесис) в конкретном случае. Добродетель не самодостаточна: она — ядро эвдемонии, того процветания, что и есть человеческое благо.

«Никомахова этика», книги II–VI.

Конфуцианство

Природа человека изначально добра: в каждом заложены четыре «ростка» — сострадание, стыд, почтительность и чувство правого и неправого, — вырастающие в добродетели человеколюбия, справедливости, благопристойности и мудрости. Пример ребёнка, готового упасть в колодец, показывает, что нравственное чувство спонтанно. Добродетель — это возделывание уже имеющегося, подобно уходу за растением, а жестокость есть увечье природы, а не её выражение.

«Мэн-цзы».

Эпикуреизм

Добродетели ценны не сами по себе, а потому, что без них невозможна приятная жизнь: нельзя жить приятно, не живя разумно, достойно и справедливо. Главная добродетель — рассудительность (фронесис), учащая, каких удовольствий искать и какие страдания принимать. Справедливость не имеет самостоятельной ценности помимо взаимной выгоды не вредить и не терпеть вреда.

«Письмо к Менекею»; «Главные мысли».

Стоицизм

Добродетель — единственное истинное благо и достаточна для счастья; она состоит в жизни согласно природе и разуму. Добродетели образуют неразрывное единство, коренящееся в знании, так что обладать одной в совершенстве значит обладать всеми. Всё прочее — здоровье, богатство, слава — безразлично, хотя некоторые безразличные вещи по природе «предпочтительны».

Основатель Стои; учение сохранено через Диогена Лаэртского и поздних стоиков.

Схоластика

Аквинат прививает Аристотеля к христианской вере: четыре кардинальные добродетели достижимы человеческим усилием, но богословские добродетели — вера, надежда и любовь — вливаются благодатью Божией и направляют нас к сверхъестественной цели. Добродетель — благой навык, совершенствующий силу души, а любовь есть её «форма», направляющая всякую иную добродетель к любви к Богу. Без благодати природная добродетель остаётся неполной.

«Сумма теологии», I–II, вопросы 55–67.

Шотландское Просвещение / сентиментализм

Добродетель — всякое душевное качество, вызывающее у наблюдателя приятное чувство одобрения; сам по себе разум бездеятелен и не может побуждать. Добродетели делятся на естественные (благожелательность, щедрость) и искусственные (справедливость, верность), возникающие из общественного соглашения и пользы. Черта становится добродетелью потому, что она полезна или приятна — своему обладателю или другим.

«Трактат о человеческой природе», книга III; «Исследование о принципах морали».

Немецкий идеализм / критическая философия

Добродетель — это сила воли человека в исполнении долга наперекор противящимся склонностям; это нравственная твёрдость в повиновении категорическому императиву. Безусловной ценностью обладает лишь добрая воля, а поступок имеет моральное достоинство, когда совершён из долга, а не просто из чувства или привычки. Поскольку склонности искушают нас, добродетель есть постоянное усилие, а не устоявшееся, удобное расположение.

«Основы метафизики нравственности»; «Метафизика нравов» («Учение о добродетели»).

Генеалогическая критика

Господствующие «добродетели» смирения, жалости и послушания — ценности рабской морали, извратившей благородные идеалы силы и самоутверждения. Подлинная добродетель жизнеутверждающа: честность, мужество, щедрость, изливающиеся из избытка мощи, — «дарящая добродетель», а не самоотречение. Каждый высший человек должен творить собственные добродетели, а не покоряться стадной скрижали добра и зла.

«Так говорил Заратустра»; «К генеалогии морали» (1887).

Аналитическая философия

Современная моральная философия запуталась, ибо удерживает понятия морального «обязательства» и «должного», имевшие смысл лишь в рамке божественного закона, от которой она отказалась. Следует отбросить этот пустой законнический словарь и вернуться к понятию добродетели и к более древнему вопросу о человеческом процветании, опирающемуся на философию психологии. Её эссе 1958 года по существу заново основало современную этику добродетели.

«Современная моральная философия» (1958).

Аналитическая этика добродетели

Добродетели «корректирующи»: каждая стоит там, где человеческая природа склонна давать сбой, — мужество там, где отпугивал бы страх, умеренность там, где сбивало бы желание. Позднее она доказывала, что добро есть форма «естественной нормативности»: как бывают ущербные растения и животные, так есть природное добро и ущерб у человека как разумного, общественного существа. Тем самым добродетель укоренена в фактах человеческой формы жизни.

«Добродетели и пороки» (1978); «Естественное добро» (2001).

Коммунитаризм / неоаристотелизм

Современный моральный спор нескончаем, ибо мы унаследовали обломки аристотелевской традиции без её рамки цели. Добродетели — качества, позволяющие достигать благ, внутренних для общественных «практик», поддерживать нарративное единство целой жизни и продолжать нравственную традицию. Оторванный от сообщества и общего телоса, моральный язык вырождается в простые выражения предпочтений — «эмотивизм».

«После добродетели» (1981).